Лермонтов, 2025

реж. Бакур Бакурадзе

Один из лучших рассказов Чарльза Буковски, «Политика», заканчивается следующим образом: 

Когда это случилось, я сидел со своим лучшим другом, морским пехотинцем, в одном из городских баров и пил пиво. По радио передавали музыку, музыка прервалась. Нам сказали, что только что бомбили Перл-Харбор. Было объявлено, что все военнослужащие должны немедленно вернуться на свои базы. Мой друг попросил меня доехать вместе с ним на автобусе до Сан-Диего, намекнув, что, возможно, я вижу его в последний раз. Он был прав.

Как едет герой рассказа, вечный альтер-эго писателя, Генри Чинаски и его лучший друг-морской пехотинец — это и есть сюжет «Лермонтова» Бакура Бакурадзе. В роли рассказчика — режиссер, в роли друга — поэт.

Слишком много вещей могут привязаться, пристать к столь простому и ясному сюжету, каким является сценарий Бакурадзе. Можно увидеть очередное высказывание о том, как быть мужчиной в современном мире, словно предыдущий «Снег в моем дворе» был только об этом. Ведь все главные герои — мужского пола, а самые важные дела они решают — и особенно настаивают на этом! — в отсутствии женщин. Но можно посмотреть и иначе: стреляются «из-за бабы». Пусть на это и намекает только выпад Столыпина, единственного человека в штатской одежде. Дуэль происходит из-за того, что Лермонтов подшучивал над приятелем в присутствии женщины — причем той самой, о которой говорят за спиной самые неприятные и, вероятно, вполне заслуженные вещи. Выходит, женщина обрекла мужчину на смерть, а тот не сопротивлялся, потому что…

Но в этом нет никакой логики. Тем более в том, что все окружение Лермонтова — военные. Что они, наверняка, патриоты и, должно быть, еще и православные. Что дело происходит в эпоху Николая Первого, авторитарного императора, пришедшего к власти после неудачи декабристского восстания. 

Исторические параллели кажутся навязчивыми, заводят не туда, уводят от главного. А главное оказывается настолько простым, что его можно и не заметить. 

Утром Лермонтов встает, запрягает коня и едет купаться в реке. Потом его застают секунданты и предлагают извиниться перед Мартыновым; Лермонтов отказывается. Потом завтракает. Потом долго гуляет с Екатериной Быховец, которая в общем смысле признается ему если не в любви, то в верности. Ей он откровенно сообщает свои взгляды на жизнь и даже роняет скупую слезу на ее хрупкие плечи. Потом едет на дуэль. Перед началом дуэли ему предлагают еще раз извиниться, но предлагают неловко и грубо. Лермонтов и Мартынов встают друг против друга с поднятыми вверх пистолетами. После команды «К барьеру!» Лермонтов продолжает стоять с поднятым вверх пистолетом, тогда как Мартынов, направив револьвер на Лермонтова, делает несколько шагов в его сторону, после чего стреляет. Лермонтов падает, Лермонтов мертв. Идет дождь.

Фильм описывает ровно один день, и этот день лишен событий. Но Бакурадзе делает так, что весь этот день сам по себе становится одним большим событием. Его «Лермонтов» — проводы поэта в другой мир, дружеская компания, которую он составляет своей тонкой и ненавязчивой режиссурой. Он не давит там, где может показаться, что у Лермонтова есть выбор. Не предлагает почувствовать Рок или Судьбу там, где речь идет о нелепой случайности. Не обеляет Мартынова, но и не снимает с него ответственности за гадливое и малодушное поведение, которое сам Мартынов, по-видимому, чувствует очень хорошо — иначе стал бы он так горячо реагировать на упоминание Столыпиным фамилии его возлюбленной? Просто так сложилось, так случилось, вот именно так — и никак иначе — произошло. 

Человек был, он пока еще есть, но что-то случится, и больше его не будет. Некого будет обвинять, некого призывать к ответу. Нет преступников, нет жертв. Лермонтов был, теперь его нет, вот и все. 

Во время свидания с Катериной главный герой делится своим сновидением: «Мне снилось, что я вижу, как все будет через 200 лет. Так вот, ничего не изменится, только станет гораздо скучнее» Комичный момент, он снова возвращает к мнимой актуальности. Четвертое стена, прямое обращение, едва не пощёчина общественному вкусу… Все это — правда скучно, именно так, как об этом говорит Лермонтов. По-настоящему нескучно то, что никакого движения к смерти в фильме нет, никакого нарастания напряжения, никаких спецэффектов. Неловко даже думать о том, что последний день Лермонтова был наполнен особым смыслом. И тем более о том, что зритель видит этот день как запечатленный сон, пойманное в художественные силки чужое время. Некого и нечем удивлять.

Даже о том, что погиб великий русский поэт, гений, говорится в очень любопытном ключе. Эти слова даны только в письме Адель Оммер де Гелль, подруги поэта, но даже в нем они принадлежат не ей, а ее мужу, ставшему участником нелепого розыгрыша по мотивам водевильной комедии. Именно реагируя на забавный, но не очень простительный поступок Лермонтова (примерно такой же, из-за которого Мартынов вызывает его на дуэль), муж де Гелль называется его «последним русским гением». На этих словах возникает финальный кадр фильма: верные друзья держат умирающего Лермонтова, сидя на голой земле под проливным дождем. Он явным образом контрастирует с предыдущей сценой, солнечной и легкой, прежде всего, внешне, но тем заметнее становится несходство внутреннее: может быть, он сказал это в шутку? Или о том, что кто-то был гением, стоит вспоминать только в качестве оправдания сомнительным с общепринятой точки зрения поступкам? В конце концов, это вторая сцена в фильме, в которой Лермонтов смотрит прямо в камеру. Но в отличие от первой (когда ему снится «утес-великан»), здесь он еще и шутит, причем весьма откровенно. 

К чему эти полутона? Почему не сказать, что умер человек, который не должен был умирать? Бакурадзе ведь не стеснителен, это уже словно какой-то другой режиссер. И одновременно тот самый. Смерть Лермонтова — это чувство навзрыд. До того сложное, что просто невыразимо. Мертвый поэт под жестоким дождем. Все довольно просто. Даже поверить сложно. 

Герман снимал своего Лапшина из необходимости увидеть родителей. Тут они жили, тут познакомились, тут происходило смешное, тут страшное. Мир возник из головы, то есть в некотором смысле из ниоткуда. И стал самодостаточной реальностью, единственно достоверной. Бакурадзе увидел в пятигорских пейзажах магическое зеркало, в котором отразилась подлинная судьба великого человека. Он настолько похож на обычного московского стенд-ап комика, что даешься диву. Но настоящие вещи трудно спутать с ненастоящими. Говорят, Эйзенштейн принял решение снимать фильм именно про Александра Невского по той простой причине, что никто не сможет усомниться в исторической достоверности образов. Дело было слишком давно, чтобы цепляться за детали. Выходит, прошлое будет таким, каким ты его покажешь. Или — каким проживешь. 

Фильм «Лермонтов» — не историческая справка. Но и не попытка пожаловаться, мол, как же не хватает масштаба сегодня. Никаких «богатыри — не мы». Совсем не сложное кино. Наоборот — поразительно простое и ясное. Бакур Бакурадзе снял фильм о том, как тяжело, больно и горестно, когда твой близкий друг, единственный и неповторимый, любимый всем сердцем, а кроме того, может быть, еще и великий поэт, венценосец и небожитель — умирает. Просто его больше нет. Главное художественное достижение — в том, как режиссер выдерживает вполне оправданное напряжение: сколько раз мы слышали это имя! как много оно обязано значить! — хотя весь этот ореол всего лишь деталь. Важная, спору нет — но все же деталь.

Куда как значимее другое. Идея фильма: провести с Михаилом Лермонтовым всерьез всего один день. Не какой-то особенный даже. Безо всяких там сентиментальных подробностей, мелодраматических штучек — короче, без фокусов. Просто доехать вместе на автобусе до Сан-Диего. Не может быть, а совершенно точно в последний раз. Не постесняться того, как сильно тебя накроет, прибьет — как траву после ливня, — когда попрощаешься. Просто по-другому нельзя, по-другому ничего не выйдет, будет совсем непонятно. А тут все слишком понятно: сперва он был, теперь его нет. Мы застали немногое, но все же застали. В тот момент ты был не один. Теперь все кончено. Прощай. Идет дождь.

Больше подобных материалов на канале «Новой Школы Притч» и в телеграм-канале «Озарения А. Елизарова»: подписывайтесь