Артур Другой. СКОРО НОВЫЙ ГОД

Журнал "Здесь"
21:35, 14 декабря 2020
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию
Image

[1]Все совпадения случайны.

События вымышлены или основаны на любовных галлюцинациях.

Звучит песня «Вокруг да около» группы «Обход» в исполнении Ю. Накаряковой. Ключевые слова: летом летали, летом, летали, куда только мы не летели, чего только мы не хотели, тем летом… зимой зимовали, зимой зимовали, зимой, зимовали всю зиму, всю зиму. Накарякова не исполняет вот эти строчки (а зря): кто-то что-то читал, а мы просто лежали, мы просто лежали, лежали, я замерз на всю зиму, я замерз.

Лаврентий ходил по краю. Ждал поезд. Когда в метро пустынно и тихо, тогда можно прыгать. Никто не остановит. Не одернет. Не скажет: «Эй, парень, ты чего?». Лаврентий хотел было закурить. Его длиннопалая белая рука достала сигарету и прилепила ее к полным чувственным губам. Опомнился, что в метро не курят, что таким поведением он может привлечь лишнее внимание. Бросил сигарету на рельсы, стал разглядывать снежно-серый потолок.

«Какая же я мразь», — сказал он про себя.

Параллельно Лаврентий думал о собственном ордене.

УСТАВ ОРДЕНА ЗОЛОТОГО ТЕКСТА

Текст — это все. Это и образ, и музыка, и символ, и плоть. Мы — тексты. Мы — Текст. Наша цель — сеять свой Текст в мир. За оболочкой зла, похоти и хери мы несем Свет, Разум и Правильный Обскурантизм Просвещенцев.

Если ты с нами, то Ты с Нами. Если не с Нами, то ты не с Нами. Так будь же Ты с Нами! Сей свой текст.

Структура ОЗТ

Б.Н. Другой — руководитель, магистр Текста, Б-г.

У. Орлица-Дрозд — замруководителя, художник Текста и Богиня.

Члены — все остальные.


Иерархия ОЗТ

1. РабОК.

2. Лицейdei.

3. Бакалавр искусств.

4. Магистр, художник Текста.


Обязательства членов Ордена

1. Создавать оригинальный Текст.

2. Слушать критику Руководства и Товарищей.

3. Делать себя, мир и Текст лучше.

4. Отливать золото из говна.

5. Выполнять поручения Руководства.

За нарушение принятых обязательств — изгнание из Ордена, тщетное существование в личинке обывателя.

Также в голове Лаврентия писалась статья, в которой он ловко использовал метафору менструальной чаши. Молодой человек любил пить из нее (метафоры менструальной чаши) выделения своей никто. Никто не возражала. В статье Лаврентий пил влагалищный кисель и дрочил. Никто делала своему никто, Лаврентию, римминг. Мяла яйца. Гладила промежность. Периодически помогала мастурбировать.

Метафора менструальной чаши символизировала эмансипированных девушек современной России.

Однажды Лаврентий оказался на литературном мероприятии. Полупустой зал. ВИПов нет. Вдруг вбегает писатель Шаргунов. Садится за круглый стол. Оглядывается. Светит красивым лицом. Карие глазки останавливаются на прыщах Лаврентия. Шаргунов начинает слать воздушные поцелуи. Лаврентию становится неловко. В какой-то момент он осознает, что великий русский писатель шлет не поцелуйчики, а спрашивает жестами, нет ли у Лаврентия покурить? Папирос с собой у Лаврентия нет. Он облегченно мотает головой. «Слава Богу, Шаргунов не пидор», — выдыхает Лаврентий.


Прошлое захватило Лаврентия. Анус зудел так, как будто бы только что он был обласкан любовью Лаврентия, его никто.

Немного стоял.

Лаврентий вспомнил стих:


Женщины и Любовь — мои творческие материалы

Я склеиваю их, растворяю, смешиваю с калом,

кровью, пошлой любовью,

со всем, с чем можно, со всем, с чем нельзя

Это моя жизнь

Бля

Но ничто не имеет значения

Кроме здесь и сейчас

Извращения

Все былое

В топку

В прошлое

Нахуй

В настоящем ты

Вчерашнее смахиваю тряпкой

Пыль разлетается

Множество мутных частиц

А я сейчас думаю об одном

О мякоти твоих ягодиц

Прыгать под поезд Лаврентий не спешил. Он вырезал по дереву своей души рассказ, в котором каждая ужимка Юли была учтена: Маяковский, стреляющий лазерами из глаз, фыркающая кошка в шляпе ведьмы, Лавкрафт в обнимку с Ктулху.


Диалог в социальной сети

Цезарь: «Я знаю про вас с Юлей. А ты про нас не знаешь ничего, лошпед. Ха! Юля хочет к тебе вернуться, сучок. Я не дам ей этого сделать. Я лучше свяжу ее и выебу топорищем по пиздище, чем отдам этот лакомый кусок мяса с черной душой, такой же черной, как у меня. Убью и воскрешу ее. Снова убью. Снова воскрешу. И так каждый день.

Короче, Киска-маркизка, я тебе, гондону, забиваю стрелу. Будем пиздиться, Степашка».

Маркиз посмотрел сообщение, но ничего не ответив, добавил Цезаря в чёрный спи-сок.

Другой диалог, в той же соцсети

Маркиз: Привет!

Цезарь: ?

Маркиз: Нам надо поговорить.

Цезарь: Ты кто?

Маркиз: Я друг Юли.

(Пауза длиною в вечность).

Цезарь (неуверенным дрожащим голосом): Да, что ты хотел?

Маркиз: Хотел сказать, что она тебя любит.

(Пауза).

Цезарь: Это шутка такая?

Маркиз: Нет, Юля тебя правда очень любит.

Цезарь: И что? Что ты хотел? Мы давным-давно с ней расстались.

Маркиз: Это не отменяет любви к тебе.

Цезарь: Слушай, я тебя сейчас в бан отправлю. Чего ты хочешь?

Маркиз: Я хочу проехаться гусеничным трактором по ее телу. Хочу услышать хруст ее костей. Треск черепа. Хочу посмотреть, как лопаются ее глаза. А знаешь, что потом? Воскресить ее. Воскресить и снова проехаться. И так всю ее жизнесмерть, потому что… Потому что я люблю ее, а она меня нет. Отрубить бы ей руки за это. Или ноги. Или уши. Или срезать нос. Ты же знаешь, быть калекой она боится больше, чем смерти. Что скажешь?

Цезарь: Скажу, что ты ебнутый, иди на хуй.

Маркиз: Отлично. Нам надо встретиться.

Цезарь: Нахуй?

Маркиз: Нам надо поговорить по-мужски.

Цезарь: Ты ебнутый какой-то. Я не буду с тобой встречаться. Иди в пизду!

Маркиз: Я ее чуть не изнасиловал недавно. Вовремя остановился. Ты же помнишь ее взгляд? Ненавидящий, властный, нежный. Только он способен меня остановить. А так отъебал бы до трупа… Но кое-что я знаю и про тебя.

(Дьявольский смех).

Салатик, заправленный спермой Жана Кальвина, я знаю, что ты трахнул ее до возраста согласия, когда ей не было и четырнадцати. Не поэтому ли она кончает только от душа?

УК РФ Статья 134. Половое сношение

и иные действия сексуального характера с лицом,

не достигшим шестнадцатилетнего возраста.


Цезарь: Блядь, ну ты и сука!

(Цезарь банит Маркиза).

Так продолжалось несколько месяцев. С фейковых аккаунтов Маркиза и Цезаря шли сообщения оригиналам. Фейковый Маркиз писал Цезарю, фейковый Цезарь донимал реального Маркиза.

Каждого человека можно довести до оргазма, точки кипения и умирания.

Сетевые ложноцветы убедили Цезаря и Маркиза встретиться и сойтись в битве. Ни Цезарю, ни Маркизу это было не нужно. Никто из них не понимал, что они делают на заброшенном заводе поздним вечером. А делали они смерть, свою собственную.

Цезарь и Маркиз даже не успели нанести первые удары. Когда они приблизились друг к другу, под ними обрушился пол. С огромной высоты упали два тела — Маркиза и Цезаря. Цезаря и Маркиза.

Не будем смеяться над их глупостью, как это сделали ноги, пожелавшие осмотреть трупы. Ноги пнули тела. Казалось, одна нога гладит Цезаря, как будто бы жалеет его. Или это было просто вытирание ног о поверженного врага? Рука достала складной нож из слоновой кости. Замахнулась, но не стала бить тело. Ситуация должна была походить на случайную смерть двух соперников, потому нож здесь был избыточен.

Маркизу повезло чуть меньше. Ноги топтались на его лице, как на винограде в чане для вина. Струя мочи полилась в месиво рта. Не стоило этого делать, ни топтаться, ни оставлять ДНК. Капли мочи были похожи на символы и буквы, можно было прочесть: «Маркиз, а ведь у нас мог бы быть тройничок. Жаль, не вышло».

У — Юли красные волосы. Она гладит их, двигает бедрами. Лаврентий, сверкая очками, напевает: «Я делаю прекрасные полосы… Ты просишь меня об одном: «Еби меня, как чемпион». Детка, не танцуй. Присядь на колени и соси мой хуй». «Хуйхуйхуй», — замыкает Лаврентия.

У — Юли септум. Она похожа на бычка, обезьянку. На черепашку, если в очках. Иногда на корову.

У — Юли запирсингованная манда. И на жопе носорог, удушаемый огромным осьминогом.


Есенин: Миш, а они хороши. У них самые лучшие минуты сейчас.

Булгаков: Да, любовь тут даже не убийца, выскочивший из–за угла, а сама смерть.

Есенин: Трактирная.

Булгаков: Ты прав. Смерть после длительного возлияния. Как бы он не умер. Он же считает себя импотентом. А тут уже четвертый раз.

Есенин: Стоит, как у повешенного.

(Художники смеются, интимно гладят друг друга по плечам).


Юле от Лаврентия

Любви пылающей граната лопнула в груди Игната. Так было у персонажа Лебядкина в «Бесах» Достоевского. Моя граната вспыхнула, оставила осколки внутри, не проговорить и не поделиться, не поерничать, не повредничать я не могу. Имейте ввиду, что это не злая обида, а обижульки, которые пройдут. Да, тут один негатив, но о хорошем все известно: наши встречи, прогулки, культур-ки, стихи, ДР, пикник, Нирнзее, безумный просмотр «Донни Дарко», первая ночь у меня, ночи…


Лирические обижульки

1. Вы не полюбили меня, и куда-то спряталась страсть. Ну как так? Я же красавец (не особо), царь (эм, мелкий клерк) и Бог (человек).

2. Отвергли мою любовь. В чем причина? Из незнания вылезают они:


Обижульки комплексные (психологические)

1. Ваше молчание и нежелание отвечать на вопросы. Это нервирует, потому что, например, я очень сильно переживаю, что плох в сексуальном плане.

У меня вообще есть теория, почему вы ушли: плохой секс (готов расти!), и я слишком много говорил, что люблю вас (а вы такая: «Ой, не, я не могу ответить взаимностью, потому мне плохо, потому и расстанемся»). Что же, я готов молчать. И это странно. От кого-то я требую любви. А от вас — нет.

2. Не приняли моего желания измениться (куда угодно, в любую сторону).


Обижульки прагматического характера

1. Я верю тем, кого люблю. Я верил в вашу депрессию, как нечто, не связанное со мной. И когда я спрашивал вас про отпуск, мне и в голову не приходило (ну так, немного приходило, конечно), что дело во мне. Понятно, что это было мое решение, но отпуск я себе искорежил, потому что я хотел отдыхать с вами, быть с вами. Понимаете, когда любишь, очевидного не замечаешь и не слышишь. Рррр. Бу! Да, я вредный. Сейчас буду еще вреднее.

2. Вот я вам говорю: сейчас пойду говорить со своей девушкой об окончательном расставании. Нужно ли в этот момент, сняв голову с моего члена, намекнуть, что, мол, вы подумайте, я через неделю от вас уйду? Блин, звучит так, будто я ответственность перекладываю. Это не так. Но просто так резко и невовремя остаться одному — это жестковато даже для такого дуболома, как я.

3. С вами очень трудно договариваться. Если мы остаемся друзьями, давайте конкретно: хочу туда, идем? Да. Ок. Как с Полухутенко, вот. Мой юный друг, у вас только учеба. Это многое, но как бы вполне соотносимо с тусами. Вообще, это довольно поросячно, потому что выглядит так, как будто бы вы ждете более выгодного предложения. Общение и встречи — это не только время, но и труд. С друзьями — в том числе.

Могу ошибаться, но в этом городе вас никто не ждет так, как я.


Общие обижульки

1. Не оценили мою заботу, обидно.

2. Измотали нервы Гнойз-вечеринкой своей, в ту ночь было страшно. Помните, я писал вам: «На огонь и воду можно смотреть бесконечно. Есть такая фраза, набившая оскомину. Интересно, сколько можно слушать, как твой любимый человек блюет? Нет, не на тебя и не рядом с тобой, а в телефонную трубку. Едет в такси, которое, этакая зараза, стало причиной опьянения: «Я была трезвая, пока не поехала в машине», — говорит родное чудище, забывшее мой адрес, вбивающий в строку поиска авто следующее место назначения:

Св, 3

34

Это тайный код, который мог бы подразумевать тотальный пиздец.

Я повторю то, что уже сказал вам когда-то: мы играем в животных, слушаем панк-рок и смакуем эстетику смерти не для того, чтобы сдохнуть побыстрее.

Слава Богу, все кончилось более или менее благополучно. Пусть этот трешевый вечер будет самым-самым трешевым вечером в вашей жизни. Пусть это никогда не повторяется».

Берегите себя. Ну и близких тоже. Друзей. Любимых. Тех, кто любит.

3. Не прочли Платонова, Заболоцкого и Сорокина. Будет время, почитайте все ж.

4. Не привезли хвостик.

5. Не заглянули со мной к соседям в окна.

6. Не побрили меня.

7. Не было у зеркала.

8. Не приняли вместе ванну.

9. Просто мы не вместе. Блин. Блин. Все равно как-то горько…


So, если вы читаете эти строчки, то, значит, я принял вот это все. Простил не простил — не знаю, но теперь окончательно и бесповоротно мы друзья. Со своими секретами, тайнами и автономией, дружеским безразличием. Просить встреч, наверное, я больше не буду, но мне бы хотелось с вами куда-нибудь ходить, потому что одному мне тяжело и очень одиноко, я, как сиськастый меломан (песнь Sonic Death), в этом плане. Ходить на party одному — это хуже мастурбации. Просто хочу вас видеть.

Хотелось бы с вами общаться и заниматься творчеством, искусством.

Вот так вот, мой друг.


Про изнасилование

«Когда я дремлю, мне видится, что вы берете пистолет, приставляете его к виску, стреляете. Брызги крови. Вы начинаете смеяться. Это просто ваша очередная издевательская шутка надо мной. И вы снова повторяете эту нелепость. И снова мне страшно, хотя я и знаю, что вы не умрете, и вечное возвращение вернет вас в жизнь. Бессмертие не может не радовать. Бессмертный человек будущего даже депрессию сможет победить, я уверен. Иначе на кой хуй оно нужно, это бессмертие?» — гонял смыслово Лаврентий.

— Вы можете порвать колготки, — поступает предложение от Юлии.

Лаврентий с покорной страстью выполняет просьбу. Секс.

В другой раз Лаврентий рвет трусы. В глазах Юли страх. Лаврентий останавливается. Ему не по себе.

Что хочет женщина?

Когда Лаврентий завоевывал Юлю, она была непреступна. Отталкивала. Ссылалась на отношения с Маркизом. На поцелуй отвечала легким движением губ. Невинно. Лаврентий напирал. И напер до:

перед спектаклем «Москва — Петушки» Юля буквально пиздит Лаврентия. Душит кожаным зеленым поясом. Душит руками. От души лупит ладонями по щекам. Промахивается и хуячит в ухо. За стенкой в мотеле какая-то шлюха имитирует оргазм. В тот день Лаврентий сосал пальцы Юлиных ног.

За неделю до спектакля два зверя сцепили ошейники пристежкой. Это не люди, а псы. Они равные. И рабы, и господа. Нюхают друг друга, как животные. Облизывают.

Выпуская шепотом газы, Юля подползла к Лаврентию. Он плавно притянул ее к себе поводком. Он был нежен как никогда, хотя оба они были похожи на героев жесткого порно (а этот текст напоминает дешевую бульварную литературу).

— Как собачки нюхают друг друга? — спрашивает Лаврентий.

Он раздвигает ягодицы. Юля втягивает ноздрями воздух и касается языком его сфинктера.

Фейсситтинг. Юля сидит на лице Лаврентия. Он с упоением сосет ее письку, заглатывает маленький клитор, который так и хочется откусить.

Лаврентий никогда не любил оральный секс: ни минет, ни куннилингус. Юля была исключением. Лучшая хуесоска из всех хуесосок. Самая сочная пизда.

Юля любит гиджил. Она все время кусается. «Эврика! — осознал Лаврентий. — Когда Юля нашла себе нового пидораса, кусаться она перестала». Однажды Юля прокусила плечо Лаврентия до крови. Оба смеялись. Ему нравился вкус собственной крови на Юлиных губах.

Лаврентий купается в воспоминаниях: «В кинотеатре во время просмотра “Донни Дарко” твоя рука залезает под юбку никто. Это твой ответ на ее игры: давление рукой и ногой на яйца. Кажется, мальчик-ботанчик по соседству едва сдерживается, чтоб не начать кончать и надрачивать». После генерал де Голль будет умиляться и махать рукой в окно космического звездолета, глядя на любящие тела, на то, как сперма Лаврентия выпадет изо рта Юли в Лаврентьев же роток (де Голль, его образ, сейчас был нужен для того, чтобы причинить очередную боль. Себе и не себе).

«Нет» — значит «нет». Ясно. Но как понять, если до этого «нет» все–таки означало «да»? Страстное. Великолепное. Лучшее, что было в жизни Лаврентия.

После юмористического спектакля о том, как в Сербии женщина может отрастить хуй и стать главой семьи, Лаврентий и Юля отправились домой. Она говорила, что у нее депрессия. Надо немного подождать. Болит голова. На это Лаврентий ответил бычьим ржанием. Даже Юле отсылка к головной боли показалась смешной. Она улыбалась. Лаврентий считал это как «можно». Ему очень хотелось, чтобы Юле было хорошо с ним. Он подбежал к пакету, в котором хранились поводки, плетки, подкожные крючки, иглы для ногтей, презервативы и смазка. Лаврентий схватил лубрикант, выдавил на руку и начал смазывать злую письку Юли. Сначала клитор. Потом внутри. Посмотрел ей (пизде) в глаза. В них — страх и презрение.

— Это так не работает, — сказала Юля.

Лаврентий разломился на куски и превратился в пепел. Он ненавидел себя. Бурился феминизмом: «Так нельзя. А как можно? Ты хочешь человеку лучшего, а он не хочет. И ты душишь своей любовью. Хуявишь, насилуешь. Так как можно? Не трогать и слышать. Слушать. Любить. Либо ебсти и не думать. Не любить. Мы все много думаем во время траха и поеба. А зачем? Момент, когда мы, сверхсоциальные пидоры и пидораски, можем наконец приблизиться к животному состоянию, освободиться от всей общественной хуйни… Это патриархат, говорят фемен-финтифлюшки. Суки! И правы. Тогда все социально. Тогда думай. Думай. Думай. Все время думай. И тогда хуй не встанет, и пизда не откроется, не смажутся ворота и не случится поебота. Заебись, чо!»

«Вы говорите, что я веду себя мерзко. Почему? Я всего лишь держал вас за руку. Вы не хотели. Я хотел. Потому и держал. Неужели мои руки такие горячие, холодные, потные, грязные, что вызывают такую реакцию?» — продолжал Лаврентий насилие над собой, надо всеми.

— Юля, у меня все есть. Вроде бы. Ну, мне хватает. Но как же я несчастлив!

— Хули, многие несчастливы. Тут вы не одиноки.

Гипотеза: тем, кому сейчас по 16-18 лет, не нужны отношения. Только быстрое общение. Быстрый секс.


Юле от Лаврентия, предновогоднее

Какие награды и премии вы бы могли получить:


1. Censored.

2. Censored.

3. Censored.

4. Трусишка года. Забоялись отношений.

5. Censored.


Ни одну из этих премий вы не получите, нет. Херушки. От кого-нибудь другого, но не от меня. Я это все в вас принимаю, как бывший никто, и как будущий, надеюсь, друг (придумайте только какое-то другое слово: слово «друг» я просто ненавижу с детства, потому что друзей никогда не было). Вот вам статуэтка за то, что вы:

ЛЮБОВЬ ГОДА — Юля, вы самая прекрасная, самая безумная любовь, даже не года, а всей моей жизни.

Что это все значит?

1. Простите, что разрушил ваши отношения с Маркизом.

2. Простите, что не слышал вас.

3. Простите, что меня стало слишком много, появились капризы, ревность, обиды.

4. Простите, что был груб.

5. Простите, что не всегда держал слово.

Наверное, это основное. Так что давайте теперь попробуем дружить. Я не очень понимаю, как можно дружить с человеком, в которого ты тыкал хуй, а он тебе лизал попку… Смотришь на человека, и видишь все это, все эти сцены. А помимо этого, есть еще и абсолютно несексуальные чувства: любовь, забота, безусловное принятие, желание помочь и поддержать, упасть на колени и целовать ваши буты, приковать недавно купленными наручниками (хотя это эротика опять вмешивается). М-да…

Хочется верить, что получится. Получится быть друзьяшками, олигоФрендами. А уж во что выльется такая дружба и какие формы она примет, посмотрим.

И все–таки.

Какой я тебе друг?

Никогда меня так не называй.

Слышишь?

По данным неймеров и астрологов, Юлия и Маркиз плохо подходят друг другу. Эти люди редко вступают в брак. В основном это происходит по молодости и неопытности. Их семейная жизнь складывается неудачно. Спустя несколько лет совместного жития-бытия в брак закрадываются злоба и недовольство, которые в большинстве случаев приводят к разводу.

Зато как совместимы Юля и Лаврентий — это аж пиздец! Интернет говорит, что 97% совместимость.

Презервативный китайский гороскоп подсказывает: Тельцы идеально совместимы с Девами, Козерогами, Раками, Рыбами. Неплохая совместимость с Близнецами. Эрогенные зоны у Упертых Буренок — шея, горло (!), рога, круп и хвост.

Лаврентий, Цезарь и Маркиз были Девами, Юля — Тельцом. И вон как всем повезло совместиться.

Лаврентий проектировал сценарий встречи с Юлей: «Вы шли с ним по ЦУМу: вы и высокий худощавый блондин с гладкой кожей. Я подошел к вам. Представился по имени-отчеству. Поцеловал вашу руку. Потом его. Проречитативил: «В этом северном, снежном, холодном краю. Я скучал, мой друг. Дорогой мой человек, пойдемте, поговоримте». Мы все обращались друг к другу на «вы». Я пригласил вас в притон. Мы занимались любовью. Втроем. Наконец-то я попробовал это. И вы. И он. Ни мальчики, ни девочка больше не боятся ни толстого червяка, ни коряги, ни зубатки. Ах, пусть сбудется это желание!»

Придумал загадку: «Смотрю на кремлевскую звезду. — Продолжите предложение, вставьте пропущенные слова: «Юля, сейчас думаю про вашу…у…ус,…аза».

Еще Лаврентию хотелось прочитать Юле стих о своем забавном проколе:


Юлианна, на днях я трахал бабец

И скажу вам, это пиздец

Нет, все было б довольно неплохо

Не случись такого подвоха:

«О, Юля!» — простонал я

Увидел Лелины объебеневшие глаза

Кончил в себя

И понял

Что дальше с этой телой уж не будет нихуя


Юле от Лаврентия, или О мастурбации

Как рукой сняло. Суть этого выражения становится ясна, когда подрочишь. Очень хотелось кончить на высунувшуюся из–под халата попочку (напоминаю, это была ночь с четверга на пятницу). Но Я МОГУ ДЕРЖАТЬ СЕБЯ В РУКАХ. За хуй тоже могу. Однако вопрос актуален: зачем дрочить, когда рядом красивая половозрелая (умелая! мастерица, ага) девка? Нет, если у девки перманентный депрессняк, то ок, не ок, естественно, но что есть, то есть, к борьбе с ним меня не подпускают (когда депрессняка нет, к тебе, вон, даже с анальными пробками едут, по крайней мере, обещают). Депрессняк можно понять. Когда любишь — и с этим можно жить. Но если дело в тебе?… И откуда такая тяга ТУДА? А ля Ый Йый, хочется нырнуть по самые пятки. Это-то мне, человеку, которому не нравится влажность, пальцы в вагине. Фу. А В ЭТОЙ ВАГИНЕ ТЕПЛО, УЮТНО, КАК ДОМА. И тяга в этот дом становится пугающей. Буквально, хочется вломиться. А этого делать нельзя. За грубость, которая вышла за рамки игры, я прошу прощения…

— Мне тревожно, не приеду.

— Хорошо.

Трясутся руки, коленки, дрожат губы. Едва не заплакал. Что-то параллельно бормочу. Роняю маркер, зарядку. Учеников было много, полный класс, впервые ни один не подошел с вопросом. Это мои проблемы, понимаю. Понимаю…

Еще непонятно, почему девка не расстается с Маркизом? Почему вы этого не делаете, Юля? Загадка. Есть циничное объяснение: Маркиз — запасной вариант. Собственно, и я, Лаврентий, запасной вариант. В этом холодном, прекрасном и страшном городе иметь два сердца лучше, чем одно или ни одного. Юля ждет третьего. Да-да. Лучшего. С иными символическими капиталами. Там, художника, философа, математика. Новый опыт, хули. Пох. Мне пох.

Вам меня жалко. А на хер мне ваша жалость, Юля? Оооо… Ой как нужна. Пиздец, когда обнимете. Мне пиздец, когда оттолкнете… Жалейте меня, пожалуйста…

Вот я понимаю, почему я вас зову. Люблю потому что. А почему вы едете ко мне? Из жалости? А не хотите встречи почему? Депрессняк? Занятость? Принято. Это уже все почти принято. Немного осталось до окончательного решения вопроса. Это о принятии ситуации.

А СЕЙЧАС ОЧЕНЬ ВАЖНОЕ.

В субботу я скажу вам: давай создавать семью. Не такую, как у всех, а нечто иное. С чтением ритуальных текстов. С детьми (совершеннолетними, естественно), подцепленными в ночных клубах. А что сейчас? Не знаю. Вернее, знаю. Продолжать жить по графику (который ломается, как мои льдинки нервов). Наслаждаться вашей угрюмостью и… мастурбировать. Уж больно сильно сперма бьет по мозгам, когда я вижу вашу плоть и хочу жрать. Тем не менее, про создание семьи = ОРДЕНА ЗОЛОТОГО ТЕКСТА подумайте, и соглашайтесь уже, блин, а то у меня иссякнет фантазия, и я потащу вас в ЗАГС. Ха! Шут-ка… Коли наши отношения столь ебануты, а моя любовь корява, давайте ломать и созидать, навещать проституток, сексологов, психологов, БДСМ-салоны, церкви, карусели, творить такие оргии-вечеринки, где только мы хозяева, остальные — рабы…

Вот что у вас в голове сейчас, когда вы чистите утром зубы у меня дома (пятница, утро)? Бываю ли я там, в голове? О, кажется, я превращаюсь в одного вашего товарища. Да не хочу я быть в вашей голове! Видимо, мне просто нужна капелька внимания и океан заботы. Грустно как-то это осознавать.

Вспоминаю вашу историю о мастурбации на вебку. С нежной «е», зажатой между «в» и «б» в этом слове. Мастурбация на вебку с каким-то донбассовским воякой. Ебка на вебку.

И про мастурбацию под порно тоже помню. Не помню только, мастурбировали ли вы на змеетрах и боллбастинг?


Что было скрыто цензурой

Что же Лаврентий решил скрыть, затабуировать?

Сделаем надрез. Посмотрим, что там за живой плотью. Лаврентий кричит, сопротивляется, плачет, что-то бормочет про ночь с 21 по 22 октября, Черную речку, тупотипалюблю.

Не переживайте за Лаврентия. Он не умрет.

Взмах скальпеля.

Вот они, червячки!

Какие награды и премии вы бы могли получить:

1. Разочарование года. No comments.

2. Разрушитель года. Срубили-таки дерево, за что спасибо («не люблю» — это очень важно услышать), а вот неспасибо за то, что это рубка (медленное пиление) шла больше месяца. Именно в этот месяц я мог еще спасти свои отношения. Вы не то чтобы несете какую-то ответственность за это (хотя я уже по-вторяюсь, а значит, хочу посадить в вас семя сомнений, самоточения и самогрызни, простите мне это, вы же знаете, я мерзавец). Нет, не несете. Но небольшой вклад (динамит) в разрушение внесли, конечно. Про разрушение души и так, думаю, понятно. Все дело в ситуации неопределенности. Это мучительно было. До суицидальной какой-то хери. Это все уже прошло, но это вам на будущее, берегите своих близких, даже если не любите. В конце концов, они ничуть не хуже забавных зверьков на гифках. Людям тоже хочется человеческого тепла. Да и психов много. Кто себя калечит, а кто наоборот. Вы себя тоже берегите.

3. Сука и мозгоебка года. Я был искренен и откровенен во всем с вами. У вас: миллион недомолвок, полунамеков, недоговоров. Это тоже рушит. Я верил в вашу депрессию. Вы были агрессивной, не хотели меня, но почему сразу-то было не сказать «не люблю»? А вы говорили другое: всегда такая, подождите немного. Ну вот, дождался, что хуй пойми, что произошло.

<…>

5. Зло года. Вы очень злой человек. Жестокий. Видимо, это в вас и привлекает. Сочетание наивности и пиздеца, который за вами стоит и от вас исходит.


Неотправленное письмо Ангелу

Хватит это все писать. Никому я ничего не буду отправлять.

Пусть все будет так, как есть. Хватит мучить себя и других.

Лавр, соберись, начни подчинять этот мир себе. Выжимай из него соки. Богатей. Люби близких. И заканчивай уже с Юлей. Пойми. Она тебя не любит. И это ее право. Оставь ее в покое…

Ангел мой, довольно жестоко с моей стороны писать вам об этом, поэтому если вы посчитаете нужным, то не читайте.

Я нехороший человек. И на самом деле я всегда этим городился. Но! Я люблю и ценю наш союз. Вы знаете, мне тоже довольно удобно и хорошо сейчас: у меня свободные вечера, могу делать, что захочу. Однако это ли мне нужно? Тут я мыслю, как эгоист. Я всегда мыслю, как эгоист. И только в последнюю очередь думаю о других. Но первые, о ком я думаю — это вы… Ну и потом уже близкие, и понятно, кто еще.

Это смешно, но вы моя жилетка. Ангел мой, и это какой-то трындец. Только я чувствую себя одиноким, я обращаюсь к вам. Только мне стоит испытать чувство отверженности, как я пишу или звоню вам (речь идет о тех днях, когда я звонил и завывал в трубку, тьфу). Я повторяю сценарий своего отца. И мне это очень не нравится. Я же всем делаю плохо. Единственное, иногда я испытываю наслаждение. Потому что рождается Текст. А Текст — это искусство, творчество, эротика, бессмертие и т.п.

Я погружаюсь в какую-то бездну. Планирую такие поступки, от которых самому жутко.

Понимаете, если бы вы были рядом, думаю, я вел себя иначе.

Я сейчас запускаю процесс распада. Медленного самораспада. Надеюсь пережить Берроуза на 7 лет.


Лаврентий убил двоих, а Юля ушла к третьему. Чуть ли не к грузину, рыжему и рябому. Лаврентий точил себя вопросом, который мечтал задать: «Раковая опухоль моей души, а чем я, потомок монголов, чем я-то хуже?»

Включил песню Элли, агонизирующей в смертельном бреду на маковом поле. «Врачи напишут мне в карточке неврастеник, лечение, медикаменты и физический труд, а я, тонущий в иле, молча смотрел вокруг и просто хотел, чтоб меня отъебал Фасбиндер», — напевала девушка, искореженная Лаврентием и Псоем Короленко.

Только закончилась песня, как пришло предложение о свидании от Юли. Из жалости решила пообщаться с подонком. Впервые проявила инициативу сама.

Мозг Лаврентия взорвался, вытек из слезных протоков, ушей, ноздрей и рта.

Лаврентий встретился с Юлей в пустынном метро. Она спешила на очередную тусовку. Хотела сделать ему подарок. Это был самый охуенный подарок в жизни Лаврентия: охуенный подарок, тот, который не дарят, а забывают в поезде; презент формата А3. Любимый размер Лаврентия. В таких историях главное не факт подарка, а интенция, намерение.

К подарку прилагался самосжигательный набор. Вышли прогуляться от Кропоткинской до Парка культуры. Молчаливая, злая, красивая, отравленная лапшой быстрого приготовления, Юля позвонила бабушке: «В Новый год я с Маркизом», — лгала внучка (не подозревая, что Маркиз был мертв несколько дней). «Не со мной», — воспламенился утробным шепотом пенек души Лаврентия.

У людей праздничное настроение. Кто-то умудрился протащить в метро большую пушистую елку. Лавру тоже немного радостно.

Варг Викернес писал, что деревья — это души умерших. Лаврентий согласен с норвежцем. Срубленное дерево — это срубленная душа. Загубленная душа. Заблудшая душа. Задушенная душа.


Лаврентий стоит на краю платформы.


Скоро Новый год.


Примечания

[1] Текст входит в цикл «Три любийственных рассказа» («Маска» и «Секс с беременными»).

Тизер к рассказу можно прослушать здесь: https://vk.cc/9fDahc. В записи использованы (исключительно в не-коммерческих целях) композиции Sonic Death, Элли на маковом поле, Коли Сублимы, Юли Накаряковой, Черной речки, Прыгай киски, Big Other Band.

Редактура Елены С.


Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки

Автор

File