«Чиль-чиль», веб-зин и одноименный коллектив, который вырос из дружбы четырех удмуртских художниц. До 31 августа в зин можно отправить свой текст или визуальную работу на тему «чимали» (удм. прятки).

Поэма-баллада Михаила Можгина «Беглой» дала начало «беглоиаде» — серии произведений об удмурт/ках, которые были вынуждены бежать от христианизации, рекрутчины, насильственной работы на заводах, вследствие остракизма. По сюжету герой поэмы, бросив любимый дом, семью и хозяйство, укрывается в лесах. Это происходит после того, как ночью в доме героя неизвестный убивает его друга, а люди ложно обвиняют в убийстве самого беглого. Спустя год скитаний они всё же находят и расправляются с ним.

В первом выпуске подкаста «Удмурт литература» кандидат филологических наук Светлана Тимофеевна Арекеева приводит мнения о поэме литератор/ок того времени. Одни отмечают аполитичность и бесполезность бегства героя. Михаил Горбушин в анализе поэмы писал так: «Жить пассивно, как главный герой, беглый человек, невозможно — даже в тёмном лесу найдут и убьют». Другие — задаются вопросом нравственности самосуда и размышляют об отчуждении человека от общины в моменты, когда обществу необходим козёл отпущения, чтобы справиться со сложностью и несправедливостью жизни.

Подстрочный перевод Светланы Тимофеевны отрывка из поэмы:

«…С того времени уж год как нахожусь в бегах.
Уже начал уставать, думаю, надо уже сдаваться.
Из глаз беглого выкатилась горячая слеза.
В тот же миг вблизи послышался голос:
«Вот куда убежал, стреляйте, убейте его,
С человека-убийцы сдерите шкуру!»
Подобно молнии вблизи сверкнуло.
Подобно грому прогремел выстрел.
Не промолвив ни слова,
Не издав ни единого звука,
Беглый упал у изголовья родника».

Затаился в лесу, выступив против гнёта деревенского руководства, Дангыр — герой повести «Секыт зӥбет» («Тяжкое иго») эгринца Кедра Митрея. В лесу, искупавшись в реке после погони, Дангыр впервые высматривает в намокшем отцовском письме слова на удмуртском языке. Тогда он понимает, что повторяет судьбу отца, который в своё время восстал против уплаты непосильных податей и лишился из-за этого жизни: 

«…Бьют здесь очень сильно, нельзя терпеть. Не поддавайся, сынок, воронам… уничтожай их. Один сломишь силы… выступайте все вместе… Чомо».

В реках и лесах скрывается героиня рассказа-новеллы Кузебая Герда Матӥ. Матӥ — выросший в любви и ласке ребёнок, красавица и всеобщая любимица, из-за буллинга деревенских мужиков вынужденно выходит замуж. Бьёт и мучит муж Матӥ, будит пинком. Не выдержала Матӥ и сбежала от Педора. Всей деревней искали девушку — словно растворилась. Только рыбаку Онсину однажды явилось из реки существо — грязное, скользкое, голое — и исчезло. Это была Матӥ. Нашли её позже на высокой сосне. В толпе говорили, что у Матӥ выросли хвост и рога, точно у шайтана. Еле как спустили её с дерева и отправили в психиатрическую больницу в город, а на следующий день Вала вынесла на берег тело Педора.

Прячет свои «лучшие думы» удмуртская поэтесса Ашальчи Оки в знаменитом стихе «Возьытлык» («Застенчивость»). Героиня мучится от того, что не может признаться в чувствах, и называет застенчивость «урод висён» (болезнью):  

Вань висён дуннеын —
Туж урод со висён:
Возьытлык солы ним
Удмуртъёс понӥллям.

Есть болезнь, про неё
Знают все, без сомненья,
И удмурты её
Называют стесненьем.

Перевёл С. Олендер

Не только стеснительность и сомнения в своём творчестве заставили поэтессу скрывать стихи. После преследований 30-х годов ей пришлось на 20 лет забыть о литературе. 

«Писать то, что в действительности чувствуешь и переживаешь, — нельзя, а фальшивить я не хочу…»

«…Как я рада, что у меня есть другая безобидная специальность — медицина. Удмуртская литература — на краю гибели, все талантливые и лучшие силы преследуются, остаются в ней не писатели. Я считаю нужным совсем отойти от литературы, хотя это мне тяжело и больно», — цитирует слова Ашальчи во время допросов Кузебай Герд.

После у писательницы ещё выходили рассказы, но стихи она больше не писала. А фотографию с сыном, сделанную сразу после трёхмесячного заключения, Ашальчи Оки ещё долгие годы будет прятать под одеждой в ожидании следующего ареста.

«Спасибо за письма. Времена настали чудесные! Вот бы запеть сейчас полным голосом, но… голоса нет».

Так отвечает в 50-х годах Акилина Григорьевна на первые предложения возобновить печать.

В 2024 году удмуртская писательница и исследовательница Светлана Едыгарова написала рассказ «Пень» по мотивам судьбы Ашальчи Оки.

В апрельском «Кенеше» исследовательницы Алевтина Камитова и Татьяна Пантюхина в статье об образе Пугачёва в удмуртском фольклоре приводят такой пример: в деревне Сизьгурт вспоминают, как под страхом пугачёвцев женщины спрятались в ржаном поле. Но рожь не скрыла высокие айшоны замужних удмурток, и женщины были убиты на месте. 

Другие произведения, в которых удмурт: ки прячутся:

– рассказ-повесть «Кузь нюк» Ивана Соловьёва,

– пьесы «Кезьыт ошмес» и «Камит Усманов» Игнатия Гаврилова.

Источники:

1. Подкаст «Удмурт литература», 2025 (https://music.yandex.ru/album/35350653)
2. «Удмурт кылын календарь», Казанская Центральная типография, 1910. Михаил Можгин «Беглой» (стр. 50)
3. Кедра Митрей «Тяжкое иго», Удмуртское книжное издательство, 1958.
4. Кузебай Герд «Матӥ», перевод с удмуртского А. В. Вазихов, Инвожо 2012, № 3. 
5. Аудиокнига «Матӥ», перевод Андрея Гоголева, проект и голос Марии Ермолаевой.
6. Ашальчи Оки «Чыртывесь» («Ожерелье»): Кылбуръёс. Стихи/Составление и вступительная статья А. Ермолаева. Издательство «Удмуртия», 1998.
7. Светлана Едыгарова «Пень». 2024. https://shumpoton.com/2024/11/11/%D0%BF%D0%B5%D0%BD%D1%8C-16/ 
8. Алевтина Камитова, Татьяна Пантюхина «Пугач дыръя…», Кенеш. Оштолэзь, 4-тӥ №, 2026 (стр. 85).

Благодарим Анастасию Шумилову за помощь в поиске источников.