Лишь с сокращением дистанции, когда металл прерывает целостность плоти, происходит разрыв воображаемого, выпуская наружу вязкую, пропитанную железом бордовую сущность настоящего.
В мире, где даже у программы есть мышление — производство текстов не отличает нас от машин. Исследователю нужно мыслить сверъхестественно, чтобы удержаться на плаву во время киберпотопа.
