В мае 2026 г. в штате Сан-Паулу в Бразилия началась забастовка студентов и административных сотрудников университета, а также школьных учителей. Протестующие требовали увеличения зарплат и стипендий. Мы поговорили с политологом, приглашенным профессором Университета Сан-Паулу Александром Шерстобитовым, автором канала Политический ученый, о забастовках в бразильских университетах, политических традициях и уровне жизни студентов.

Из-за чего начались протесты?

Я начну чуть издалека. Первой забастовкой, которую я наблюдал, стала забастовка студентов Университета Сан Паулу в 2023 г. Университет Сан Паулу — университет штата, то есть это не федеральный университет.  У студентов здесь есть своя профсоюзная ячейка. В числе их требований были пожелания о расширении перечня элективных курсов и открытии дополнительных профессорских позиций, потому что студенты были недовольны ограниченным выбором элективных курсов и тем, что профессора перерабатывают. В Бразилии преподаватели обычно ведут 1-2 курса в семестр. Если открывать дополнительные курсы, то, значит, нужно набирать новых профессоров. Забастовка длилась долго: у меня был курс в том семестре, и, соответственно, в течение целого месяца студенты не посещали занятия, университет был пустой.

Разные факультеты и институты, кстати, по-разному бастовали, потому что, насколько я помню, какие-то институты не присоединились к забастовке. К примеру,  в институте физики всегда были студенты, что меня удивляло, то есть, может быть, они учились. На гуманитарных факультетах и на факультетах социальных наук  студенты точно бастовали. 

Более того, у меня была назначена встреча со студенткой, которая писала в тот момент статью для журнала.  Ей нужна была моя консультация, и когда началась забастовка, я получил от нее письмо, где она написала, что она не член профсоюза, она не присоединяется к забастовке, но считает неэтичным прийти ко мне на консультацию в те дни, когда проходит студенческая забастовка. Вместо этого она написала мне несколько вопросов по почте, на которые я ответил, 

В программе забастовки были требования, связанные с питанием. Они требовали улучшения качества  питания, потому что в студенческих столовых оно не очень высокое. 

Студенты хотели расширения фонда университета, потому что они получают стипендию от штата, а университет платит дополнительную стипендию студентам. Тот, кто получает дополнительную стипендию от университета, обязуется больше нигде не работать, кроме как  в разрешенных местах: школьным учителем, муниципальным служащим, помощником депутата.

Требования студентов были рассмотрены, так как они не только налогоплательщики, которые финансируют работу университета, но и полноправные члены университетского сообщества. Непосредственно между студенческим профсоюзом и администрацией университета, а также с администрацией факультета, шли переговоры. Администрация уведомила, что институт международных отношений, где я работал, выполнил все требования профкома, и будет  открыта еще одна профессорская позиция. Новый профессор добавит еще два элективных курса к программам института международных отношений.

Интересно, что студенты требовали открытия профессорских позиций. В современном контексте не часто встретишь солидарность преподавателей и студентов. Не могли бы Вы это как-то прокомментировать?

Я сам очень сильно удивился, когда увидел такое требование в числе первых. В целом это, наверное, связано с бразильской культурой отстаивания своих прав, потому что забастовки здесь происходят постоянно. К примеру, мы с Вами говорили о забастовках студентов и преподавателей, но здесь довольно часто бастуют работники транспорта, особенно те, которые работают на государственных предприятиях.

Потом подобное требование может быть связано с восприятием образования как права. Оно здесь очень ценится, потому что для бразильцев  высшее образование — это социальный лифт. Они хотят получать качественное образование и понимают, что за него тоже нужно бороться, и поэтому такие пункты они включают в свои требования.

Давайте перейдем к текущим протестам. Почему они начались?

Я бы хотел рассказать про еще одну забастовку. В 2024 году бастовали профессора федеральных университетов, а профессора университетов штата не присоединялись. По результатам этой забастовки, профессорам  повысили зарплату. Что примечательно, повышение этой заработной платы повлияло и на повышение заработной платы в университетах штата. То есть мне из фонда FAPESP, научного фонда штата Сан-Паулу, пришло письмо, что в связи с тем, что пересчитывается тарифная сетка, моя заработная плата тоже была пересчитана.

Это очень вдохновляющая история, показывающая общую пользу коллективных действий. 

Нынешняя забастовка, которая благополучно вроде бы закончилась,  — третья на моем счету. Она была достаточно долгая и активно в ней участвовали все студенты университета, а также  сотрудники, не профессорский состав, а именно административные сотрудники университета. В забастовке участвовали университеты штата. В этот раз были столкновения с полицией. Полиция разгоняла протестующих в центре города Сан-Паулу, как раз рядом с министерством образования штата. К протестующим вышел сам министр. Дело дошло до перепалки и даже до физического соприкосновения и разгона полиции. Я спрашивал у моих знакомых студентов, и они говорят, что столкновения устраивали провокаторы.  Профсоюз ничего такого не планировал делать.

В одной из статей обсуждается политический контекст этого протеста. Губернатор штата Тарсизио де Фрейтас состоит в правой «Бразильской республиканской партии». Его правительство позволяет приватизировать различные социальные службы в штате, и в том числе с ним связана политика дефинансирования высшего образования. Насколько Вам был заметен политический контекст? 

Я как раз его не заметил.  Я почти каждый день бываю в кампусе. Там висят баннеры против Израиля и в поддержку Палестины. Однако здесь в первую очередь шел вопрос о деньгах: о повышении  стипендии, о повышении зарплаты административных сотрудников. Висела, к примеру,  листовка, где были указаны профессора, которые получают больше 36 тысяч реалов (6000 $). В этом списке были два профессора из института международных отношений. Их зарплата в 3 раза превышает зарплату административных сотрудников,  которые получают в среднем около 10 тысяч реалов (1900 $).

То есть это была забастовка, в первую очередь, в поддержку большего финансирования университетов. Протестующие требовали увеличения материальной помощи и увеличения зарплат административных  сотрудников университета. Кроме того, студенты были недовольны, что дополнительные средства расходуются на премии профессорам, у которых и так хорошая заработная плата, в то время как перераспределение на нужды студентов было бы более справедливым.

Два года назад мы брали интервью у магистрантки факультета антропологии Буэнос Айреса Анны о протестах в Аргентине, и она говорила, что там протесты были именно политические, они были направлены против реформ высшего образования, предпринимаемых правительством Хавьера Милея. Неужели не было совсем политического подтекста у протестов в Сан-Паулу?

Первая забастовка, о которой я говорил, — это была забастовка студентов университета Сан-Паулу и требования предъявлялись к администрации университета Сан-Паулу. Нынешняя забастовка — скоординированный протест всех студентов университетов штата,  и, соответственно, студенты апеллировали не к администрациям университетов, а к правительству штата, непосредственно к Министерству образования и к губернатору. Это штат решает, какова будет тарифная сетка по базовым стипендиям  и по зарплатам сотрудников университета.

А не могли бы вы поподробнее рассказать про стипендии? 

Мои студенты, бакалавры, сказали, что у них стипендия в среднем где-то около двух тысяч реалов (400 $). У магистрантов и аспирантов порядка трех тысяч. Сразу же оговорюсь, что в университетах штата стипендии чуть-чуть повыше, чем в федеральных. На прошлой неделе я разговаривал со студентами факультета экономики, администрирования и бухгалтерского учета. Это престижный факультет университета Сан-Паулу, и студент бакалавриата мне сказал, что он не получает никакой стипендии.  Он предположил, что стипендию получают магистранты и аспиранты. При этом это успешный студент. 

Как 2000-3000 реалов соотносятся с прожиточным минимумом в Бразилии?  Можно ли прожить на эти деньги? 

Я жил в кондоминиуме, когда был приглашенным профессором.  Я снимал  трехкомнатную квартиру на семью, состоящую из гостевой комнаты и трех спален. За нее мы отдавали 4-4,5 тысячи реалов (770-866 $). В кондоминиуме также жили студенты. Кондоминиум — дорогой. Зато есть так называемый китченечи — это обычно в частном секторе. Это такая комнатушка с доступом к кухне, поэтому она и называется китченечи, и такую реально снять за 600 реалов в месяц. 

На что еще хватит этой стипендии?  

Ее достаточно, чтобы, не шикуя,  себя прокормить. 

А как эта стипендия соотносится с «прожиточным минимумом» в Бразилии? 

Медианная зарплата в штате Сан-Паулу, по-моему, около 3,5-4 тысяч реалов (674-770$).

Это значит, что стипендия в два раза меньше медианной зарплаты. 

Смотрите, один мой студент рассказывал, что у него стипендия 2 тысячи реалов (385$). Вдобавок ему 2 тысячи доплачивает университет за его какие-то отдельные успехи. При этом он обязуется не работать в частном секторе. Например, параллельно он трудоустроен в государственной школе, где преподает обществознание. 

Много ли студентов подрабатывает? Заметно ли неравенство в университетах?  

Я думаю, что многие студенты подрабатывают, но в случае университета Сан-Паулу это будет довольно проблематично, потому что учиться довольно сложно. Поступить туда тоже непросто. Практически все мои студенты учились в частных школах, иным образом попасть в университет можно только через квоты. Если  пойдешь по общему конкурсу, то, скорее всего, не поступишь. Существуют квоты для представителей коренных народов и по социальному статусу. Те, кто поступает по квотам, они соревнуются только внутри своей квоты.

А если ты хочешь отправиться на каникулы к семье, хватит ли стипендии?

Если внутри штата Сан-Паулу, то да. Если куда-нибудь подальше, то будет проблематично. Билеты на самолет бывают по доступным ценам, только если их покупать сильно заранее. К примеру, я летал туда-обратно в город Салвадор, штат Баия, на севере Бразилии, за 800 реалов (154$).

Давайте вернемся к политическому контексту. Анна рассказывала, что в Аргентине политические партии и движения активно участвовали в университетских забастовках. Более того, она говорили, что на философском факультете студенты приходили на пары с политической агитацией и никто им не препятствовал.  Наблюдали ли Вы нечто подобное в бразильском случае? Какие политические силы участвовали в забастовках? 

Нет, я не видел вообще ничего. Более того, я всего один раз видел политическую агитацию на кампусе — во время выборов. Полагаю, что есть какое-то негласное правило о невмешательстве. Из разговоров с коллегами и студентами я понял, что вопрос о привлечении политических партий к протестам или их участии вообще не стоит.

Какой порядок извещения о забастовке? Надо ли извещать администрацию университета или власти штата о ней? 

Профсоюз заранее уведомляет орган, против которого он будет бастовать. Когда эта забастовка была в университете Сан-Паулу, было уведомление с требованиями к администрации университета. Соответственно, последняя забастовка сопровождалась уведомлением с требованиями к правительству штата Сан-Паулу.  После этого студенты баррикадируют учебное пространство. Ко мне как-то приезжал коллега из СПбГУ, и я его повел в кампус показать, как идет забастовка. Я хотел ему показать факультет архитектуры и урбанистики, но мы туда не смогли попасть, потому что все аудиторное пространство было забаррикадировано партами и стульями. 

Что еще происходит во время забастовки?

По всему университету развешаны баннеры. Представители профсоюза встречаются с директорами подразделения. К примеру, я получил рассылку от руководства института, в котором они уведомляли нас, что они выполнили все требования бастующих, касающихся института, и что препятствий для возобновления образовательного процесса нет с их стороны. 

Почему в этот раз была привлечена полиция?

Полиция в Бразилии почти не заезжает на территорию кампуса без особой надобности. Для охраны порядка внутри университета существует отдельная служба.

В этот раз полиция была в городе, потому что там находится здание министерства. Но когда студенты пытались оккупировать здание ректората в кампусе, полиция действительно была привлечена, что привело к реальным столкновениям.

Чем закончились протесты?

Насколько я понял, частичным удовлетворением требований. Были увеличены стипендии и зарплаты. Мне кажется, что профсоюз решил объявить забастовку в канун президентских выборов в расчете на то, что власти обязательно их удовлетворят, чтобы не накалять обстановку перед выборами.