Philosophy and Humanities
In-depth reflections on fundamental problems
Any language
Recent
Philosophy and Humanities
Время-Сейчас, Время-Пост, Время-Неравномерного-Распределения
Denis Esakov423
комментарий к «исчезающей» социалистической-пост-тотальности с невозможностью ответить на вопрос кто такие «мы»
Philosophy and Humanities
Тристан Гарсия. Производить сопротивляющиеся субъективности (большое интервью о книге "Интенсивная жизнь").
Nikita Archipov1.3K🔥
Тристан Гарсия, плохо подготовленные интервьюеры, большой разговор о La Vie Intense.
Philosophy and Humanities
Дмитрий Хворостов. Правовые аспекты европейской карнавальной культуры.
Dim Xvorost356
Как европейская карнавальная культура и шутовские общества превращали строгий юридический язык, бюрократию и государственные институты в инструмент пародии, создавая узаконенное пространство абсурда.
Philosophy and Humanities
Арьен Кляйнхеренбринк Метафизические примитивы: машины и ассамбляжи у Делёза, Деланды и Брайанта (перевод)
logosfallosa248
Демонтаж упомянутых философов.
Philosophy and Humanities
Крис Дайт "Провал современной экополитики"
Вольный перевод статьи Криса Дайта «Waiting for the rupture»; опубликованной в журнале «Radical Philosophy», R.P. 2.18.
Philosophy and Humanities
Рой Баумейстер: Зачем нужны мужчины. Часть 3
Парантеза109
Неполиткорректная правда о различиях между мужчинами и женщинами: фундаментальная асимметрия между полами, две формы социального взаимодействия, неизбежность компромиссов и функция мужского эго
Philosophy and Humanities
Парадокс Евы. Познай саму себя
Грех ослушания или ожидаемое рождение Разума?
Philosophy and Humanities
Крушение кумиров: Духовный диагноз эпохи и рождение подлинной веры
Konkurent137
Революции, государства, научный прогресс и чистая мораль могут стать опасными ловушками, если превращаются в объекты религиозного поклонения. Любое внешнее насилие во имя «добра»неизбежно порождают ад...
Philosophy and Humanities
A Garden Among Ruins
A phenomenological essay on what ruins ask of those who look at them, from a childhood ravine to the war in Ukraine, ending in a garden as a practice of hope without guarantees.
